Дважды миротворцы
В пятницу, 14 июля, в Южной Осетии отметили 25-ю годовщину ввода миротворческих сил, которые фактически остановили войну 1989–1992 годов и обеспечили выживание молодой республики. Причем сделали они это дважды — сначала в 1992 году, а потом в августе 2008 года.
В центре Цхинвала на небольшой площади, где лежит башня сгоревшего в 2008 году танка, стоит скромная гранитная стела, на которой изображена каска с синей лентой. Вот у этого памятника в пятницу и собрались люди всех возрастов. Седовласые мужчины в старомодном камуфляже с буквами МС строились в ряды у знамени миротворческого батальона, детишки подбегали пожать им руки, а нарядно одетые женщины с гвоздиками ждали своей очереди, чтобы положить цветы к черной гранитной стеле миротворцев. Они вспоминали, как в 1992 году российских миротворцев встречали цветами и вином.
— В мае из-за постоянных обстрелов начали вывозить женщин и детей. Казалось, что резни не избежать. Но когда в июле тут появились миротворцы, люди начали постепенно возвращаться, — рассказывает Залина. — Нам с подружкой тогда было по 20 с небольшим. Помню, как солдаты махали нам руками и кричали: «Как хорошо, что вы вернулись, девочки, а то не понимаем, кого мы тут защищать должны!»
В России хорошо помнят августовскую войну 2008 года. Однако для осетин события 2008 и 1992 годов связаны в единую цепь.
— Без миротворцев вряд ли здесь остались бы жители Южной Осетии, — заявил президент республики Анатолий Бибилов. По его словам, 1992 год ничем не отличался от 2008 года. Тогда Грузией тоже фактически проводилась операция «Чистое поле», и только приход миротворцев смог этому помешать.
Конфликт в Южной Осетии бушевал с 1989 по 1992 год, когда наконец были подписаны Дагомысские соглашения, предусматривавшие создание трехсторонних миротворческих сил — российско-грузино-осетинских. В состав Смешанной контрольной комиссии, отвечавшей за выполнение соглашений, с российской стороны входил нынешний министр обороны РФ Сергей Шойгу.
— Мы охраняли населенные пункты, сопровождали колонны, которые направлялись в осетинские села, в общем, помогали людям жить нормальной жизнью, — рассказывает седовласый майор. — Как человеку проехать через несколько грузинских сел, чтобы попасть домой? Обстрелы и инциденты не были редкостью тогда.
Напряжение копилось, и с 2004 года Южная Осетия вновь оказалась на грани конфликта. На протяжении четырех лет работа миротворцев становилась всё более опасной. И в 2008 году им ценой своих жизней пришлось вновь спасать Южную Осетию. На вопрос офицеры откровенно отвечают, что победа в 2008 году стала возможна лишь благодаря мужеству миротворческого батальона, который почти на сутки застопорил грузинское наступление, дав возможность подтянуть подкрепления через Рокский тоннель.
— Мы примерно за сутки узнали, что из грузинских сел на окраине эвакуируют гражданских, — рассказывает Виктор, который в мае 2008 года начал службу в миротворческом контингенте. — Знали о передвижении техники на границе. Но не ожидали, что откроют огонь по миротворческому батальону. Я был в Верхнем городке, на Гаджибауле. Для меня были сутки боя, множественные контузии и осколочные ранения, потом потеря сознания и эвакуация во Владикавказ.
Похожие истории можно услышать и от других очевидцев тех событий. Они вспоминают, как летом 2008 года копилось электричество в воздухе и тревога в глазах людей. Помнят и про отчаянное мужество защитников города.
Жители села Джава, организовавшие отряд самообороны для защиты своих близких и беженцев из окрестностей, 1991 год
Разрушенные и сожженные дома и техника в селе Хельчуа после ночного нападения грузинских боевиков, 1991 год
Беженцы из сел Южной Осетии на улицах Цхинвала, 1991 год
Житель Южной Осетии покидает родные места, спасаясь от войны, апрель 1991 года
Солдаты национальной гвардии Грузии идут к боевой машине пехоты БМП-2, 1992 год
Жители Цхинвала у магазина в ожидании поступления продуктов,1991 год
Осетинская деревня, уничтоженная грузинскими боевиками, 1991 год
Пожилая женщина и дети, ставшие беженцами в результате вооруженного конфликта в Южной Осетии. 1991 год
Жители Южной Осетии уезжают из родных мест, спасаясь от войны, 1991 год
Сейчас в глазах жителей Южной Осетии нет тревоги и напряжения. Цхинвал активно строится, живет обычной жизнью и мало чем отличается от городов Юга России, разве что светофоров в центре неожиданно много. Сами осетины говорят, что залог спокойствия — это 4-я военная база (4ВБ) ВС РФ.
4ВБ — это три военных городка и еще около десятка застав. Сама база выглядит точно так же, как любая другая российская воинская часть. Плац, столовая, узел спутниковой связи, ровные ряды светло-зеленых одно- и двухэтажных солдатских общежитий (казарм), построенных из сэндвич-панелей, свежевысаженные деревца, каждое из которых снабжено табличкой с фамилией ответственного военнослужащего. Выделяется только оранжевый детский сад. Всё это окружено не внушающим особого трепета забором. Ни тебе огневых позиций артиллерии, ни бетонных бункеров.
Но за казармами стоят машинные парки с танками, САУ, БМП, БТР и установками залпового огня. По меньшей мере несколько полноценных мотострелковых батальонов. Техника не самых последних модификаций, но проверенная временем и аккуратно обслуживаемая. Бросаются в глаза лишь новехонькие системы связи. От здания с интригующей надписью БЛА (беспилотные летательные аппараты) журналистов вежливо, но твердо уводит бдительный офицер.
По дорожкам базы деловито вышагивают солдаты в тропическом камуфляже. Розоватый оттенок формы бойцам не очень по душе, но зато есть специальные вентиляционные прорези, которые очень выручают в жаркое время года. Около половины военнослужащих на базе — срочники. Впрочем, сейчас стараются набирать больше контрактников. Один офицер из агитационной поездки по военкоматам привозит по 5–6 человек. Людей привлекают теплый климат и относительно низкие цены. Среди контрактников почти 70% составляют местные жители. Особенно много их среди молчаливых разведчиков.
Военнослужащие базы охотно демонстрируют умение управлять танками и БМП, ведение огня из минометов и другого тяжелого вооружения, слаженно работают снайперские пары. Не дремлет и командование. По слухам, часть офицеров сейчас набирается боевого опыта в Сирии. Всё это вкупе с возможностями 58-й армии по другую сторону Кавказского хребта исключает какое-либо урегулирование отношений Южной Осетии с Грузией, кроме дипломатического. Именно так на это смотрят в Цхинвале, где российских солдат как считали, так и продолжают считать миротворцами.
