Квачков отказался отвечать на вопросы психиатров
Отставной полковник ГРУ Владимир Квачков, обвиняемый в подготовке государственного мятежа, отказывается отвечать на вопросы специалистов Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии (ГНЦССП) им. В.П. Сербского.
Об этом «Известиям» сообщила адвокат Квачкова Оксана Михалкина. Квачков и его защита считают, что вопросы составлены таким образом, чтобы следствие могло получить с их помощью доказательства вины полковника, а не чтобы исследовать его психическое здоровье.
21 июня подсудимый Владимир Квачков был направлен на психиатрическую экспертизу в ГНЦССП имени Сербского. По словам адвоката Квачкова, экспертизу ее клиенту продлевали уже дважды — сначала с двух недель на один месяц, а потом еще на два месяца. Несколько лет назад в рамках дела о покушении на Чубайса Квачкова уже обследовали психиатры того же центра и признали его вменяемым.
В ГНЦССП имени Сербского достаточно строгие порядки: адвокаты могут посещать обследуемых только по пятницам. И если на улице дождь, пациентов на прогулку не выводят — «чтобы тапочки не намочили».
Психиатр-криминалист, доктор медицинских наук Михаил Виноградов рассказал «Известиям», что ему практически неизвестны случаи, когда тесты на вменяемость следствию удавалось использовать в целях доказательства вины подозреваемого. По мнению Виноградова, Квачков — изначально здоровый человек, но испытывающий огромную психическую нагрузку в связи с процессом по покушению на Анатолия Чубайса и нынешним делом о мятеже.
— Содержание под стражей, риск остаться в тюрьме на долгие годы — все это не проходит бесследно, — поясняет специалист. Виноградов предполагает, что сейчас Квачков уже не может адекватно воспринимать действия психиатров, проводящих нынешнюю экспертизу.
— Квачков — человек, находящийся в плену некой сверхидеи, но не выглядящий идиотом, — считает Александр Гольц, военный эксперт и член редколлегии «Ежедневного журнала». Гольц допускает, что само дело о «мятеже Квачкова» появилось потому, что власть испугалась митинга десантников в ноябре 2010 года. Могло появиться совершенно ложное ощущение, что протесты десантников представляют угрозу. А Квачков — наиболее радикальный представитель условной «имперской военной оппозиции».
При этом, по словам Гольца, армия очевидно пассивна. Ситуация с покушением на Чубайса вызывает симпатию по меньшей мере у некоторой части старшего поколения военных. Но между симпатиями и действиями поддержки — большое расстояние, замечает эксперт.
