Атака на аэропорт Адена продемонстрировала стремительный выход йеменского конфликта за рамки борьбы за локальные территории. По данным министерства транспорта международно признанного правительства Йемена, ракета упала рядом со взлетно-посадочной полосой незадолго до посадки рейса из Каира. В результате лайнер пришлось перенаправить в саудовскую Джидду. Представители движения хуситов утверждают, что целью удара были военные грузы Саудовской Аравии. В то же время Эр-Рияд заявил о перехвате еще одной ракеты к северу от столицы королевства.
Хуситы демонстрируют готовность атаковать и саудовскую территорию, а возглавляемая Эр-Риядом арабская коалиция обещает уничтожать пусковые установки и продолжает поддерживать наступление правительственных сил. Каждая сторона называет свои действия вынужденным ответом, однако в итоге расширяется список целей и растет политическая цена отступления. Поэтому углубление конфликта сейчас более вероятно, чем его быстрое затухание.
Причина заключается в изменении баланса сил, который теперь определяется не только численностью войск или авиации. На фоне противостояния США и Израиля с Ираном способность хуситов угрожать морским коммуникациям приобретает стратегическое значение, несопоставимое с размерами подконтрольной им территории. Одновременно с этим нежелание Вашингтона расширять прямое военное участие вынуждает Эр-Рияд искать альтернативные гарантии безопасности. Решение Саудовской Аравии, Пакистана и Турции активировать взаимные оборонные обязательства указывает на формирование более широкой системы военного взаимодействия вокруг йеменского кризиса. Впрочем, обещания помощи со стороны союзников пока не означают их готовности вступать в наземную войну.
Новая значимость Йемена определяется прежде всего его географическим положением. Кризис судоходства в Ормузском проливе повысил ценность альтернативных экспортных маршрутов, а удары в районе Баб-эль-Мандебского пролива угрожают навигации между Красным морем и Индийским океаном. Говорить о полном и устойчивом перекрытии обеих артерий преждевременно: ситуация динамична, а правительственные силы заявляют о возвращении прибрежных позиций. Однако даже без сплошной блокады регулярные атаки способны сделать перевозки слишком дорогими и опасными для судовладельцев.
Если ограничения в Ормузском проливе совпадут с длительным блокированием Баб-эль-Мандеба, регион столкнется с одновременным энергетическим, логистическим и продовольственным кризисами. Обходные трубопроводы лишь смягчают угрозу, но не защищают полностью экспортную инфраструктуру и импорт. Саудовские порты Красного моря сохраняют северный выход через Суэц, поэтому считать королевство полностью заблокированным неверно. Тем не менее удлинение маршрутов, рост страховых издержек и удары по терминалам способны подорвать устойчивость международной торговли далеко за пределами Ближнего Востока.
Решающее значение приобретает позиция ключевых арабских монархий — Саудовской Аравии и ОАЭ. Для Эр-Рияда вопрос заключается лишь в масштабах военного вмешательства, так как саудовские ВВС уже наносят удары по хуситам. В свою очередь Абу-Даби ограничивается дипломатической поддержкой: Эмираты осудили атаки на саудовские объекты и заявили о солидарности с королевством, но это не означает готовности ОАЭ снова отправлять свои войска на йеменский фронт. Такая сдержанная позиция позволяет Абу-Даби сохранить пространство для политического маневра, тогда как прямое вступление в войну лишило бы его этого преимущества.
Опыт военной интервенции арабской коалиции во главе с Саудовской Аравией, начавшейся в 2015 году, показал, что тотальное превосходство в воздухе не гарантирует устойчивого политического результата. Хуситы сохранили организационную основу и возможности наносить удары, а их противники остались разделены. Для арабских монархий расширение конфликта создает риск новых атак на нефтяные объекты, аэропорты и порты, от безопасности которых зависят иностранные инвестиции и программы экономической диверсификации. При этом интересы Эр-Рияда и Абу-Даби совпадают лишь частично: их отношения с различными йеменскими силами и видение будущего юга страны уже становились источником разногласий. Общий противник способен сблизить партнеров, но не устраняет этих противоречий.
Углубление кризиса способно превратить йеменское противостояние еще в один фронт полномасштабной региональной войны, если Иран расширит поддержку движения «Ансар Аллах» (хуситов). Этот сценарий не предполагает обязательного прямого участия иранских войск: передача военных технологий, разведданных и компонентов вооружений и так повысит возможности группировки. Если Тегеран сочтет давление на Саудовскую Аравию способом укрепить собственные позиции в противостоянии с США и Израилем, вмешательство арабских монархий и иранская помощь будут взаимно подстегивать друг друга. При этом самостоятельные интересы «Ансар Аллах» осложняют управление эскалацией, поскольку договоренности внешних игроков не гарантируют прекращения ударов со стороны самого движения.
Наиболее рациональным выходом остается дипломатическое урегулирование, хотя это и не делает его легкодостижимым. Спецпосланник ООН Ханс Грундберг призвал сохранить результаты перемирия 2022 года и оградить йеменский политический процесс от региональной эскалации. Двигаться к этому можно через локальные договоренности о защите гражданской инфраструктуры, безопасности судоходства и прекращении ударов. Главным препятствием остается расчет сторон на то, что очередной военный успех позволит добиться более выгодных условий соглашения.
Не гарантирует автоматического выхода и обсуждаемый распад Йемена. Формальное разделение страны не устранит споров о границах, доходах, портах и вооруженных формированиях. Противоречия существуют не только между севером и югом, но и внутри самих этих регионов. Без согласованных правил сосуществования новые рубежи лишь превратят гражданскую войну в серию межгосударственных и локальных конфликтов.
Йемен вновь становится точкой, где внутренний распад соединяется с соперничеством региональных держав и уязвимостью мировой торговли. Если борьба за безопасность морских путей выльется в расширение войны и удары по соседним странам, попытки восстановить сдерживание дадут обратный результат. В этом случае йеменский фронт еще сильнее обострит региональные противоречия и втянет в конфликт государства, которые изначально стремились защитить себя от его последствий.
Автор — президент Центра ближневосточных исследований, приглашенный преподаватель НИУ ВШЭ
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
