Ормузский прорыв: на каких условиях будет действовать новый маршрут в проливе
Иран и Оман в ближайшие дни объявят о согласовании нового маршрута через Ормузский пролив. При этом за пределами этой транспортной артерии вводится запретная зона: любое судно, вошедшее туда без одобрения Тегерана, попадет в санкционный список, хотя точные географические координаты коридора пока не раскрываются. Договоренности соседей могут вызвать жесткое противодействие со стороны США, которые контролируют часть пролива и едва ли согласятся с односторонним расширением иранской зоны влияния. По данным Kpler, сейчас через артерию проходит в среднем всего до 10 судов в день. В этих условиях эксперты предупреждают, что роль Ормузского пролива в международной политике будет неизбежно снижаться на фоне развития новых логистических цепочек.
Новый маршрут в Ормузском проливе
Иран и Оман согласовали новый маршрут через Ормузский пролив, сообщил секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Мохсен Резаи. Точные параметры этого пути стороны пока не раскрывают. При этом за пределами самого пролива Тегеран вводит новую запретную зону. Любое судно, вошедшее туда без разрешения, попадет в иранский санкционный список.
Сейчас Корпус стражей исламской революции (КСИР) полностью блокирует Центральный Ормуз, где без одобрения Тегерана арестовывают корабли недружественных стран. Иран также удерживает 22-километровую акваторию вокруг стратегических островов Большой и Малый Томб, а также Абу-Муса. В СМИ пишут, что новая южная зона, которую сейчас, по всей видимости, детально согласовывают с Оманом, может полностью отрезать последний свободный путь вдоль оманского побережья.
Расширение контроля Тегерана рискует вызвать жесткое противодействие со стороны США. Сейчас в проливе сложилась патовая ситуация: Исламская Республика удерживает северное побережье, а внешний контур блокируют американские военные корабли. Независимо от ирано-оманских договоренностей, Вашингтон может просто сохранить свое военное присутствие, сказал «Известиям» политолог Александр Каргин. При этом США сталкиваются с аналогичным тупиком: Дональд Трамп неоднократно обещал открыть пролив, но Иран не уступает. Из-за этого противостояния трафик в артерии уже упал до минимума — по данным Kpler, сейчас там проходит всего до 10 судов в сутки.
Мохсен Резаи подчеркнул, что США проводят свои корабли через пролив «контрабандой», тратя на это огромные деньги. Александр Каргин считает этот термин неуместным: «контрабанда» предполагает, что артерия уже принадлежит кому-то одному, хотя за нее всё еще идет борьба. По словам политолога, небольшие суда пересекают Ормуз по ночам с отключенными транспондерами — из-за малых размеров по ним трудно попасть, да и потенциальный ущерб ниже, чем от атаки на крупный танкер. В море они перекачивают нефть на большие супертанкеры, благодаря чему странам залива удается удерживать цены на топливо от резких скачков. Иран пользуется той же схемой, но его корабли периодически перехватывают силы США.
В Вашингтоне уверены, что любые сепаратные соглашения подрывают его геополитические интересы. Дональд Трамп уже угрожал Оману — своему давнему союзнику — военными ударами и жесткими санкциями, если Маскат поддержит Тегеран и согласится на совместные сборы с проходящих судов.
Эти предупреждения вызывают недоумение у дипломатов, ведь в султанате расположены важные американские военные объекты. Более того, бывший посол США в Маскате Марк Сиверс отмечал, что изначально Белый дом сам разрешил властям Омана вести диалог с Тегераном для определения будущего судоходства в проливе.
Возможность переговоров Ирана и США
Козырь в виде контроля над Ормузским проливом постепенно слабеет, поскольку значимость этой артерии падает, считает Александр Каргин. Ключевые игроки региона уже создали инфраструктуру для прямых поставок нефти в обход пролива. К примеру, саудовский нефтепровод «Восток – Запад» способен прокачивать до 5 млн баррелей в сутки к портам Янбу на Красном море, откуда сырье уходит в Европу и Азию. К концу 2028 года Эр-Рияд планирует увеличить мощность этой трубы до 7 млн баррелей.
ОАЭ также запустили трубопровод до порта Фуджейра в Оманском заливе, который уже сейчас прокачивает более 1,5 млн баррелей в сутки — это свыше половины всего экспорта страны. В 2027 году Абу-Даби планирует запустить вторую ветку и нарастить мощность до 3,6 млн баррелей.
Для других грузов ближневосточные монархии строят сухопутную альтернативу — Железную дорогу Залива (GCC Railway). Этот мегапроект свяжет Кувейт, Саудовскую Аравию, ОАЭ, Катар, Бахрейн и Оман. Контейнеры из глубоководных портов Омана и ОАЭ в Индийском океане будут за считаные часы доставляться поездами вглубь полуострова, полностью минуя нестабильный Ормузский пролив. Запуск всей железнодорожной сети намечен на декабрь 2030 года.
Параллельно развивается транспортный коридор IMEC (Индия – Ближний Восток – Европа), который активно лоббируют США и Саудовская Аравия. Проект предполагает доставку грузов из Индии по морю в ОАЭ, затем поездами в израильский порт Хайфа, а оттуда — в Европу. Инфраструктуру начали готовить весной 2025 года, однако из-за ударов по Израилю и нехватки около $5 млрд финансирования работы пока приостановили.
«Но всё упирается во время. На запуск обходных путей потребуются годы», — сказал «Известиям» ведущий научный сотрудник Центра исследования проблем безопасности РАН Константин Блохин. По его оценке, полностью заместить Ормузский пролив не удастся даже в ближайшие годы. В свою очередь Александр Каргин подчеркнул, что снятие двойной блокады зависит исключительно от способности Вашингтона и Тегерана договориться между собой.
Вот только диалог пока затруднен. Мохсен Резаи отметил, что встречи возобновятся лишь тогда, когда Вашингтон вернет доверие Тегерана. Тактика сторон изменилась: сейчас все пытаются усилить свои переговорные позиции, максимально повышая ставки, указывает Блохин. Главное требование Ирана, отраженное в Исламабадском меморандуме, — сворачивание американских баз на Ближнем Востоке. Дональд Трамп, со своей стороны, сначала настаивал на прекращении иранской ядерной программы, затем — на открытии пролива, а после перешел к риторике о смене власти в стране. В итоге сталкиваются восточная дипломатия и фирменный стиль Трампа — желание выглядеть абсолютным победителем, когда любая уступка воспринимается как слабость, заключил эксперт.
Мировые цены на нефть марки Brent тем временем превысили $97 за баррель. Котировки резко подскочили после очередного обмена ударами между США и Ираном. Корпус стражей исламской революции 5 сентября атаковал баллистическими ракетами два американских военных корабля, в ответ на что силы США полностью вывели из строя три иранских танкера. Финансовые аналитики прогнозируют стремительный взлет Brent до $105 и выше, если эскалация не пойдет на спад. На этом фоне в Тегеран прибыла делегация Катара для помощи в урегулировании кризиса, однако стороны конфликта пока не готовы садиться за стол переговоров.
