Правила тикета: как бороться с ботами спекулянтов
До 20% записей в визовые центры на некоторых рынках являются «мошенническими», заявили представители визового оператора VFS Global. Судя по всему, имеются в виду как раз случаи злоупотребления так называемыми тикет-ботами: автоматизированными программами, которые выбивают все слоты на запись на визу, а также за секунды бронируют билеты на главные культурные события, рушат билетную транспортную инфраструктуру и т. д. Эта проблема очень серьезна и для России, и для всего мира: хотя их использование нельзя назвать незаконным до тех пор, пока это не становится откровенным мошенничеством, это абсолютно серый рынок, на котором могут зарабатывать огромные деньги. Подробнее — в материале «Известий».
Как работают визовые боты
На днях представитель VFS Global — аутсорсинговой компании, которая принимает документы на шенгенские визы по всему миру, в том числе в России, — заявил, что на некоторых рынках около 20% от общего объема записей поступает от «мошеннических посредников, бронирующих встречи».
Вероятнее всего, речь идет как раз о схемах с применением тикет-ботов. В мае этого года Lighthouse Reports совместно с Politico и 13 международными медиапартнерами опубликовала большое исследование в отношении VFS Global. Среди главных проблем, озвученных расследователями, — дефицит бесплатных слотов из-за ботов и посредников. В некоторых странах они массово бронируют бесплатные места и затем перепродают их — и обычные заявители не могут записаться напрямую. Эксперты по кибербезопасности, опрошенные исследователями, при этом заявили о недостаточности антибот-защиты VFS.
Уже в августе стало известно, что правоохранительные органы Турции провели масштабные рейды против визовых центров и посредников, которые предлагали услуги оформления шенгенских виз в Стамбуле, Анкаре, Анталии и т. д. Около 50 человек, которые использовали боты для бронирования слотов в визовых системах консульств, были задержаны. Сообщалось, что тикет-боты выбирали практически все свободные слоты. Минюст Турции оценил доходы таких посредников в $19,2 млн.
По данным СМИ, бронирование слотов через агентства с помощью ботов стоило около €200–250 с человека — только за то, чтобы получить возможность записаться на визу.
Подобные проблемы характерны и для России. Визовый агент Маргарита Панина рассказала «Известиям», что объемы записей с помощью ботов по шенгенским визам зависят от конкретной страны, тем более что количество направлений, в принципе, очень ограничено.
— На французскую визу число мест на подачу в последнее время сократилось, поэтому и процент записей через бота увеличился. Сейчас, по моим наблюдениям, это фактически основной вариант записи на подачу. Без бота поймать свободный слот очень сложно, — сказала собеседница редакции.
Ей известно около пяти ботов, которые вылавливают записи на французские визы, при этом пользуются одним из них. Запись через него стоит 15 тыс. рублей, разброс же стоимости за услуги подобных сервисов, по ее словам, совсем небольшой.
Отметим, что многие визовые агенты предупреждают клиентов, что без бота всё же можно записаться на получение шенгенской визы, но нужно делать это максимально заранее. Например, в Сети есть предложения на поездки в 2027 году с визой без бота, если договор с агентом будет заключен до середины августа.
«Известия» направили запросы в российские отделения VFS Global и AlmavivA (работает с итальянскими визами). На момент выхода публикации ответы не были получены.
Как устроен рынок тикет-ботов
Однако боты, разумеется, работают не только для того, чтобы вставать в очередь на получение виз. Их общее название — тикет-боты, от английского ticket (билет), потому что очень часто с их помощью отслеживают именно билеты на концерты, различного рода транспорт и т. д. Самой скандальной в России, пожалуй, была ситуация с билетами на балет «Щелкунчик» в Большом театре два года назад. Тогда в театре признали, что сервисы были атакованы именно ботами, которые «выгребли» значительную часть мест на представление и оказались в руках у спекулянтов. Из-за этого на следующий год Большой вынужден был переформатировать продажу билетов. Снова комментировать эту ситуацию в театре «Известиям» отказались, сославшись на ранее сделанные заявления.
Заместитель гендиректора по внедрению и эксплуатации компании «Базис» Денис Романов отметил, что такие боты создают искусственный дефицит, и на крупных событиях спекулянты могут генерировать выше 90% автоматизированного трафика, скупая до половины билетов на концерты и театральные представления.
— Сами сайты тоже страдают от ботов, получая нагрузку на инфраструктуру, из-за которой падает доступность сервиса для обычных пользователей, — сказал он.
Технический директор компании «Стахановец», эксперт в области ИИ и IT Сергей Щербаков обратил внимание, что за последние годы рынок заметно вырос. По его словам, боты популярны там, где спрос стабильно превышает предложение и имеет значение скорость реакции на появление мест.
Зампред совета по противодействию технологическим правонарушениям Координационного совета негосударственной сферы безопасности России, заместитель гендиректора АО «Петербургский нефтяной терминал» Ахметжан Махмутов рассказал, что на низовом уровне боты создают тысячи фрилансеров и небольших компаний, которые специализируются на разработке высоконагруженных систем мониторинга и автоматизации. Они часто пишут их под конкретную задачу. У этой технологии очень низкий порог входа, добавляет технический директор coMind, архитектор AI-native Егор Апрельский. По сути, самый простой бот-монитор, который следит за страницей и присылает уведомление, в век ИИ собирается за считаные часы. А вот бот, который сам завершает бронирование, требует дней и недель — и почти всё это время уходит на обход защиты площадки: авторизацию, капчи, поведенческие проверки.
У рынка есть легальный сегмент. Это, например, официальные сервисы «листа ожидания» у агрегаторов или государственные системы, которые сами предлагают функцию автопоиска билета.
На откровенно черном рынке такие боты применяются для массового сбора персональных данных, фишинга и автоматизированного подбора учетных данных.
— Но самый крупный и самый проблемный — именно серый сегмент, — подчеркнул Ахметжан Махмутов. — Это боты, которые фактически просто автоматизируют действия пользователя. Они не подделывают данные, не взламывают серверы, но при этом создают цифровое неравенство. Этот рынок огромен.
Сколько стоят боты
Ахметжан Махмутов оценивает разброс стоимости бота для клиента в сумму от 500–1000 рублей за районного врача до 30–50 тыс. рублей за визовый слот. Старший партнер ІТ-интегратора «Энсайн» Алексей Постригайло также рассказал, что хороший бот для визовых центров сейчас стоит для клиентов от 10 тыс. до 20 тыс. рублей, и цена эта обусловлена в том числе технической сложностью задачи.
— Например, для визовых центров используются прокси-серверы и разные сетевые адреса, чтобы запросы выглядели как действия разных пользователей и сервис не блокировался по одному адресу, — сказал он «Известиям».
Руководитель отдела разработки .NET компании ICL Services Ибрагим Габидуллин объяснил, что такие боты не просто должны быстро находить билеты и бронировать их: им нужно обходить своих ботов-конкурентов. Если же в задачи входит только отслеживание свободных мест без последующего бронирования, это может стоить совсем недорого: с этим справится один человек, и на дальнейшую стоимость влияет разве что аренда мощностей под бота.
Егор Апрельский отметил, что главная статья затрат разработчиков — поддержка бота. Площадки меняют интерфейс и защиту, бот требует постоянной починки. В себестоимость входит труд разработчика, обход защиты, инфраструктура с пулом учетных записей и прокси-серверов, а также премия за риск исполнителя. В билетном сегменте цена привязана к марже перепродажи.
Старший разработчик систем искусственного интеллекта Innostage Александр Лебедев заметил, что промышленный бот, который способен обходить сложную защиту, может стоить и сотни тысяч. Но таких технологий в свободном доступе, как правило, нет — их разрабатывают компании под свои задачи.
Законно ли использование ботов
Гендиректор АНО «ПравоРоботов» Никита Куликов подчеркнул, что сами по себе боты не запрещены, с технической точки зрения ими можно пользоваться. Другое дело, что их использование может нарушать правила платформ.
— Но этот вопрос, скорее, находится в зоне ответственности площадок: как они могут это контролировать и как они могут с этим бороться техническими средствами, — сказал собеседник «Известий».
Есть и законодательные меры. В пример собеседник редакции привел Директиву ЕС о недобросовестной коммерческой практике, которая прямо запрещает перекупщикам использовать автоматизированные средства для обхода лимитов на покупку билетов. Но и в этом случае санкции применимы не к разработчику, а именно к пользователю, который использовал технологию для перепродажи.
Александр Лебедев отметил, что в России с июня 2026 года также введена ст. 14.4.4 КоАП РФ за возмездное посредничество при оформлении ж/д билетов. Прямо в тексте новой статьи про ботов не говорится, но это «выбивает экономическую основу из-под нежелательных действий», объяснил эксперт.
Директор департамента развития продуктов IT-экосистемы «Лукоморье» (входит в ПАО «Ростелеком») Михаил Павлов назвал самым правильным подходом регулирование не самого факта использования программной автоматизации, а ее применения и последствий.
— Боты — это обычный технологический инструмент, который широко используется и в бизнесе, — продолжил он. — Ограничения оправданы там, где автоматизация используется для мошенничества, обхода установленных правил, создания искусственного дефицита или причинения ущерба другим пользователям и сервисам.
Ахметжан Махмутов также предложил вводить ответственность за систематическое нарушение регламентов работы информационных ресурсов, если это приводит к ущемлению прав граждан, а также в принципе легализовать понятие «цифровое посредничество».
— Если человек готов платить за то, чтобы робот мониторил слот, — это услуга. Но она должна быть прозрачной, с идентификацией конечного получателя услуги. Сейчас это ушло в тень именно потому, что площадки не хотят видеть посредников, — сказал собеседник «Известий».
Сергей Щербаков также добавил, что очень важен диалог между государством, бизнесом и IT-сообществом.
«Известия» направили запросы в Роскомнадзор и Минцифры, однако в министерстве сообщили, что не являются регулятором в этом вопросе.
Как борются с ботами
Проще урегулировать ситуацию на техническом уровне, заметил Никита Куликов, тем более что отследить и заблокировать бота возможно.
Михаил Павлов отметил, что речь идет о том, чтобы существенно усложнить автоматизацию для ботов. Для этого используются капчи, лимиты запросов, защита API, анализ поведения пользователя, выявление аномальной активности и дополнительные проверки при подозрительных действиях.
— Человек не кликает на кнопку со скоростью 300 кликов в секунду после начала продаж, это позволяет выявить бота, — пояснил Александр Лебедев механику работы одного из таких методов. — Но полностью победить здесь нельзя: это гонка вооружений, современные боты хорошо имитируют человеческое поведение.
К слову, визовые центры заявляли, что используют различные методы — одноразовые пароли, капчу, системы мониторинга подозрительной активности, а иногда и проверку «живого» человека. Польский визовый центр VFS Global, например, предупреждал, что будет отменять записи, произведенные с помощью бота.
Впрочем, Алексей Постригайло заметил, что в этой технической гонке площадкам становится всё сложнее: вайб-кодинг снижает трудозатраты на очередную доработку.
Поэтому, по мнению Егора Апрельского, самый эффективный способ борьбы — изменение правил бронирования: введение очередей и листов ожидания, лимитов на аккаунт и на карту, привязки записи к подтвержденной личности, именные билеты с аннулированием при перепродаже.
