На прошлой неделе новость о приезде в Россию Канье Уэста вызвала бурю эмоций. Притом что однозначно ситуация не предполагала такого широкого эмоционального диапазона оценки происходящего.
Есть вещи, к которым можно относиться по-разному. Но есть также люди и их высказывания, которые воспринимать двояко невозможно. В категорию тех, кого я перестал считать артистом и человеком, заслуживающим внимания и уважения, Канье Уэст попал после своих речей и действий в поддержку фашистской идеологии. Именно с этой идеологией Россия сегодня сражается на своих западных рубежах. Именно в борьбе с этой фашистской идеологией гибнут лучшие молодые ребята.
Я не могу отделить высказывания и позицию Канье Уэста от его музыки и согласиться с тем, что огромное количество людей придет на его концерт, который теперь оказался под вопросом (24 августа «Газпром Арена» сообщила о том, что договор по аренде стадиона не был заключен и концерт не может состояться на их площадке. Организатор Say Agency заявляет, что шоу не отменялось и команда пытается связаться с площадкой, чтобы узнать причину появления сообщения. — Ред.), и будет ему аплодировать. Для меня сегодня это просто невозможно.
В 1993 году я привозил в Россию Майкла Джексона. Это был человек совершенно другого масштаба, и ситуация тогда была иной: артист выражал огромное уважение к России — и словами, и поступками.
Россияне в 1990-е искренне, как и я, считали, что мы с Западом дружим. Но события последних лет показали, что это не так. Нас и тогда пытались обманывать. Дружба со стороны артистов, может, и была искренней. Но политики имели другое представление о происходящем.
И сегодня, когда маски сброшены, когда мы в мировом масштабе противостоим фашистской идеологии, привозить в Россию артиста, который ее воспевает, на мой взгляд, нельзя. Я не могу найти ни одного объяснения, почему это могло бы произойти. Абстрагироваться от того, что этот известный на весь мир персонаж наговорил и наделал, невозможно. Ведь образ, создаваемый человеком, и есть его содержание. Попытка вдруг доказать обратное обречена на провал.
Иногда лучше петь, чем говорить. Это в полной мере относится к Канье Уэсту. Если бы он оставался артистом с набором своих старых хитов или новых произведений, я бы пошел на его концерт. Но после того, что этот человек сказал и сделал, я даже слышать не хочу о том, что его выступление может состояться на одной из крупнейших площадок в России.
И, наверное, не случайно эта история снова упирается в вопрос: а должна ли она вообще состояться?
Автор — генеральный директор «Москонцерта», продюсер
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
