В соответствии с украинской политической традицией, новый главком ВСУ Михаил Драпатый начал свою деятельность на этом посту с зачистки «наследия» своего предшественника. В первую очередь он отправил в отставку двух близких к Сырскому генералов — командующего cилами логистики генерала Владимира Карпенко, который считался правой рукой экс-главкома, и начальника штаба cухопутных войск Александра Грузевича — одного из соратников Сырского. Но это самые главные отстранения. В реальности их произошло и еще произойдет значительно больше.
Надо сказать, что Драпатый принадлежит к молодой поросли ВСУ, занявшей командные посты уже после евромайдана, причем его карьера оказалась столь стремительной, что он просто не успел создать свою команду, по крайней мере такого уровня компетенций, чтобы она была способна возглавить формирования киевского режима.
То есть, изгоняя людей Сырского, Драпатый вряд ли думает о подготовке мест для своих ставленников, которых у него не так много. Скорее, он просто сводит счеты с Сырским, с которым, как известно, серьезно конфликтовал, а также принимает меры против вероятного саботажа со стороны его сторонников. Ни Зеленский, ни новый глава военного ведомства Хмара ему в этом не препятствуют. Просроченный президент Украины вообще относится с большой опаской к военным, всячески поощряет их грызню и даже целенаправленно их стравливает, считая, что конкуренция и вражда между генералами осложняет возможность их сговора и тем самым укрепляет его власть. Собственно, и Сырский, заменив Залужного, также начал с кадровой чистки.
Насколько подобные перетряски системы управления ВСУ вредят их боеспособности, на Банковой, к счастью, не особенно задумываются.
Но, пожалуй, самым смелым шагом Драпатого стало прекращение пополнения новыми боевиками ряда штурмовых частей, которые принято называть полками Сырского (в их числе — печально известная «Скала»). Эти формирования выполняли при прежнем главкоме роль «пожарной команды», их он использовал в попытках стабилизировать участки передовой, где складывалась наиболее критическая для украинских формирований обстановка.
Попытки контрнаступлений, называемые мясными штурмами, с помощью которых неприятель старается остановить наше движение на запад, всегда сопряжены с большими потерями, и поэтому, чтобы поддерживать эти полки в постоянной готовности, их штат в реальности скорее соответствовал бригадному. Кроме того, они пополнялись в приоритетном порядке. Но даже с учетом этого времени на полноценную подготовку штурмовиков не было: только что пойманных мобилизованных без реальной военно-врачебной комиссии отправляют в «учебку», а через неделю-две они оказываются на линии боевого соприкосновения.
Возможно, эта кадровая текучка, а также повальное дезертирство и нежелание насильно набранных боевиков служить, стали одной из причин издевательств и расправ над ними со стороны начальства. И мрачную репутацию этих полков Драпатый решил использовать не только для того, чтобы еще больше подорвать репутацию Сырского, но и для создания себе имиджа «справедливого командира», который заботиться о солдатах.
Конечно, после того как Драпатый вдоволь пропиарится, эти полки вновь начнут получать пушечное мясо и гнать его на убой по приказу нового главкома. По той простой причине, что никаких других вариантов, кроме как пытаться заткнуть многочисленные бреши в обороне стремительно тающими резервами, у ВСУ всё равно не остается. Тем более что Драпатому, как и всем его предшественникам, при принятии решений придется руководствоваться не столько принципами военной науки, знатоком которой он так и не стал, сколько требованиями Банковой.
Но вот в чем дело: пока новый главком самоутверждается, конвейер по «заготовке» пушечного мяса фактически остановлен, и это обстоятельство неизбежно ухудшит и без того тяжелое положение ВСУ на линии боевого соприкосновения.
Помимо крайне непростой для противника ситуации в Харьковской и Днепропетровской областях, обстановка на славянско-краматорском направлении в ближайшее время может принять катастрофический для врага характер. Информационные ресурсы неприятеля признают проникновение российских штурмовых групп в Алексеево-Дружковку и их продвижение к центру поселка. Кроме того, сообщается о продолжающемся охвате Дружковки российскими войсками. Фактически все логистические маршруты дружковского гарнизона ВСУ взяты под наш огневой контроль и традиционно превращаются в «дорогу смерти».
Кроме того, наши бойцы уже выходят на окраины Краматорска и Славянска, бои идут уже в Николаевке, где в постройках ТЭС ВСУ создали мощный опорный пункт — форпост всего Славянского укрепрайона.
Очаги обороны, объекты материально-технического обеспечения и логистические базы планомерно уничтожаются комплексными ударами с применением управляемых авиабомб, ствольной артиллерии и РСЗО, а также FPV-дронов различной дальности. Под огневой контроль берутся все маршруты снабжения, в частности поврежден мост между Славянском и Краматорском.
Постепенно оборона Славянска – Краматорска – Дружковки разваливается на отдельные очаги, маневр резервами между ними скоро станет невозможным. Остановить это уже нельзя, но при наличии значительных резервов можно попытаться затянуть ход боев в этих городах, пусть и ценой больших жертв (которые Киев никогда не останавливали).
В такой ситуации прекращение пополнения штурмовых полков ВСУ, которые, по задумке Сырского, должны были усилить оборону, в том числе и Славянско-Краматорской агломерации, может поспособствовать ее скорейшему освобождению. Конечно, Дружковка, Славянск и Краматорск в любом случае вернутся в состав России, однако инициатива Драпатого может ускорить этот процесс.
Ему лично это ничем не угрожает — он просто свалит всё на Сырского, заявив, что сражение за Славянско-Краматорскую агломерацию уже фактически было проиграно к моменту его назначения главкомом.
Но для Зеленского последствия потери последнего укрепрайона на земле ДНР могут быть весьма серьезные. После этого ему будет очень сложно трубить о «позиционном тупике», в котором якобы находятся ВС РФ, и уверять западных спонсоров, что «Украина побеждает».
Но пока он этого еще не осознал в полной мере. Всё свое внимание он сосредоточил на дальних ударах ВСУ по гражданской инфраструктуре России, которые, как он сам себя убедил, якобы заставят Москву пойти на заморозку боевых действий на условиях Киева и Запада. Несмотря на то что им же определенный для этого срок в 40 дней уже истек, он, судя по всему, продолжает цепляться за эту идею, пока не слишком переживая за ситуацию на земле, стремительно ухудшающуюся для киевского режима.
Автор — военный эксперт
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
