В Европе в преддверии предстоящей встречи ЕС в верхах усилился накал дискуссий относительно противодействия рискам в торгово-экономических отношениях с Китаем. Их тональность вполне отражает рост торговых разногласий в последние месяцы между КНР и ЕС.
На этом фоне Брюссель и Пекин пытаются избежать нарастания противоречий, выстраивая постоянный механизм взаимных консультаций по наиболее важным вопросам.
Этим усилиям активно препятствуют влиятельные европейские политические круги, которые продвигают вопрос о рисках в китайско-европейских отношениях в качестве одного из главных в повестке предстоящей вскоре встречи ЕС в верхах.
Недавние заявления премьер-министра Бельгии Барта Де Вевера о том, что в условиях «китайского запугивания» европейские лидеры «всё больше опасаются» Пекина, отражают восприятие КНР правящими кругами в ЕС.
Со своей стороны, Китай возмущает закон о кибербезопасности, направленный на постепенный отказ от компонентов и оборудования «поставщиков с высоким уровнем риска» в критически важной инфраструктуре, под которыми подразумеваются китайские производители.
Также критику в КНР вызывают планы ужесточения Брюсселем правил государственных закупок, согласно которым компании будут обязаны закупать продукцию по крайней мере у трех разных поставщиков, при этом ни на одного поставщика не должно приходиться более 30–40% важнейших компонентов.
Проблемы Евросоюза (так же, как США) в торговле с КНР не считаются в истории чем-то особым. Китай в XXI веке (как Англия в XVIII веке) смог создать себе конкурентные преимущества перед остальным миром, развивая более высокую производительность труда в отраслях, определяющих научно-технический прогресс, и поэтому заинтересован в постоянном расширении продаж на мировых рынках и извлечении дополнительных доходов.
Возглавив новую волну научно-технической революции, основанную на новых источниках энергии (электромобили, фотоэлементы, солнечные и литиевые батареи, пр.), Китай к тому же занял стратегические позиции в мировой цепочке поставок редкоземельных материалов для электронной промышленности.
Оценивая данную ситуацию, в ЕС, похоже, уже не рассматривают Китай исключительно как конкурента в отдельных отраслях, а видят в нем конкурента в рамках объединенной экономической и технологической системы. В Брюсселе обсуждают переход отношений между Китаем и Европой от отраслевой конкуренции к системной экономической конкуренции.
В центре внимания в Европе уже не углубление сотрудничества с Пекином, а управление рисками, связанными с ним.
В КНР видят, что Европа стремится стать более независимым стратегическим субъектом, что дает ей большую гибкость в политике в отношении Китая. Эксперты считают, что выбор и предпочтения Европы будут играть всё более важную роль в формировании отношений с Пекином.
Но похоже, что верхушка ЕС пока не способна правильно осознать собственные интересы Европы (что видно так же по отношениям с Россией).
Первое. Усиление конкурентоспособности Китая, которое в ЕС расценивают как угрозу, фактически является выравниванием уровня развития между Европой как бывшим колониальным центром и Китаем, который отставал от нее и за счет которого она в свое время развивалась.
Неспособность Брюсселя увидеть и правильно оценить эту ситуацию свидетельствует, как считают в Китае, о привычке Европы строить свое развитие за счет иных стран.
Второе. При условии укрепления взаимодополняющего характера экономических отношений между КНР и ЕС китайские товары и комплектующие за счет своей дешевизны дают европейской промышленности преимущества на мировом рынке. Но проблема в том, что ЕС как раз пытается любой ценой избавиться от такого взаимодополнения, считая его источником рисков для себя.
Со своей стороны Пекин готов обсуждать с ЕС варианты уменьшения его огромного дефицита в торговле с Китаем и с этой целью продвигает, например, инициативу «Большой рынок для всех: экспорт в Китай», запущенную в ноябре 2025 года. Она является частью более масштабной программы по увеличению импорта.
Китайская сторона, конечно, понесет ущерб от защитных мер ЕС в отношении ее импорта. Но огромный ущерб понесет и европейская экономика.
Согласно отчету Торговой палаты КНР, подготовленному специально для ЕС, постепенный отказ от компонентов и оборудования «поставщиков с высоким уровнем риска» в критически важной инфраструктуре, который подразумевает прежде всего китайские комплектующие, может обойтись почти в €367,8 млрд ($428,22 млрд), если оно приведет к замене поставщиков в 18 важнейших отраслях.
Получается, что, планируя «снижение рисков» в отношениях с КНР, Брюссель в реальности эти риски для себя умножает.
Китайские эксперты убеждают, что обеспокоенность ЕС по поводу положительного сальдо торгового баланса Пекина связана со структурными изменениями в двусторонней торговле, которые невозможно исправить с помощью взаимных обвинений или конфронтационной политики.
Нарастающая конкуренция ЕС с Китаем не несет России прямых выгод или потерь. Жесткая антироссийская одержимость правящей в Европе верхушки закрывает ей возможность смягчить свои экономические трудности за счет размораживания сотрудничества с РФ.
Ввиду проблем с реализацией своей продукции в ЕС Пекин будет искать новые рынки сбыта. Создание совместных с китайской стороной цепочек поставок, предусматривающее локализацию в РФ производства в высокотехнологичных отраслях, открыло бы хорошие возможности для российских производителей.
Автор — эксперт Межкультурного исследовательского центра Университета Хучжоу
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
