На заседании 24 апреля совет директоров Банка России в соответствии с консенсусом аналитиков снизил ключевую ставку еще на 0,5 процентного пункта (п.п.), до 14,5% годовых. В Госдуме предполагали, что «ключ» опустят хотя бы на 1 п.п., а бизнес призывал ускорить смягчение монетарных условий, чтобы сделать кредиты более доступными. Но чуда не произошло. Регулятор остался верен себе, продолжив следовать устоявшейся тенденции плавного и постепенного смягчения денежно-кредитной политики (ДКП).
Согласно данным Росстата, в марте годовая инфляция сократилась с 5,9 до 5,86%, а помесячная замедлилась с 0,73 до 0,6%. Это позволяет сделать вывод, что эффект от январского повышения НДС к началу апреля был полностью отражен в динамике потребительских цен. Инфляционные ожидания населения с мартовских 13,4% уменьшились до 12,9% в апреле за счет укрепления рубля. Доллар США за этот месяц скорректировался до 75 рублей, а евро — до 88.
Недельная инфляция в апреле, по оценке Росстата, была не очень устойчивой, но за две недели перед заседанием ЦБ она колебалась от 0 до 0,01%. Таким образом, показатели за март и неполный апрель стали важным основанием для нового небольшого снижения ключевой. При этом некоторые политики и представители предпринимательского сообщества считают, что основания для более радикального снижения «ключа» тоже имелись.
Тем не менее в сопроводительных материалах регулятор направил финансовым рынкам неожиданно жесткий сигнал, повысив коридор прогнозных значений средней ключевой ставки на 2026 год с 13,5–14,5% до 14–14,5% годовых, а на 2027-й — с 8–9% до 8–10%. Он объяснил это сохранением проинфляционных рисков, влияющих на российскую экономику.
Вероятно, ЦБ принимает во внимание такие потенциальные угрозы, как геополитические риски, в том числе возможные новые санкции, перебои с импортом в условиях глобальной неопределенности, ослабление рубля. А также — всё еще относительно высокие инфляционные ожидания населения и крупные государственные расходы.
В целом экономика России устойчива, а инфляционные ожидания всегда будут краткосрочно колебаться. Поэтому бизнес и население не проиграли бы, если регулятор решился бы снизить ставку хотя бы до 14%. Однако вкупе с упомянутым пересмотром ориентиров по ставке позиция ЦБ стала чуть более «ястребиной», чем предполагали аналитики.
Повышение прогноза регулятора может быть связано с отсутствием у него уверенности в относительно скором прекращении воздействия высоких государственных затрат и неустойчивого рубля. Расходы федерального бюджета за I квартал увеличились на 17% в годовом выражении и достигли 12,9 трлн рублей. Это соответствует примерно 29% годового плана, где заложен показатель немного выше 44 трлн.
Минфин объяснял это ростом госзакупок на 38%, до 4,45 трлн рублей, в результате того, что многие госконтракты заключались в сжатые сроки и ведомство перечисляло авансовые платежи. Конечно, госрасходы могут снизиться в последующих кварталах этого года. Кроме того, за счет дополнительных доходов на фоне войны на Ближнем Востоке и роста цен на российскую нефть бюджет получит еще 1–2 трлн рублей. Впрочем, развитие событий будет зависеть от предсказуемых факторов.
Минфин в мае вновь вернется на валютный рынок. Пока сохраняются высокие цены на нефть, он наверняка будет покупать валюту в Фонд национального благосостояния, чтобы пополнить государственную «кубышку». Эти операции будут способствовать ослаблению рубля. С учетом этого Банк России принял наиболее компромиссное решение по ключевой ставке, позволяющее сбалансировать влияние на экономику проинфляционных рисков и деизинфляционных факторов.
В итоге бизнесу придется и далее действовать в условиях достаточно дорогих кредитов. Заемщикам же не стоит спешить с покупкой жилья с помощью рыночной ипотеки. Планирующим отдых за рубежом лучше постараться заплатить за это собственными средствами или деньгами, занятыми у друзей и родных, а не полученными в кредит у банка. А вот у держателей вкладов и инвесторов в государственные облигации появился повод порадоваться: ставки как минимум до июньского заседания ЦБ РФ останутся двузначными.
Автор — ведущий аналитик Freedom Finance Global
Позиция редакции может не совпадать с мнением автор
