Президент США Дональд Трамп объявил о двухнедельном прекращении огня в конфликте с Ираном. Решение стало отчасти неожиданным — в том числе потому, что за несколько часов до истечения американского ультиматума эскалационные намерения сторон были близки к максимальным. Белый дом грозился в случае отказа Тегерана от капитуляции «вбомбить Иран в каменный век» и «уничтожить целую цивилизацию». На израильском телевидении запустили обратный отсчет, а армия получила приказ поддержать огнем американские «удары возмездия».
Иранцы тоже не сидели сложа руки и пообещали «карающие удары» по США и их союзникам на Ближнем Востоке. В том числе с применением гиперзвуковых ракет. Звучали и угрозы пошатнуть экономику, перекрыв (силами йеменских хуситов) Баб-эль-Мандебский пролив, вторую по важности морскую артерию Ближнего Востока. А за пару часов иранцы и вовсе ушли в «режим радиомолчания», прекратив отвечать на запросы и угрозы американцев.
Дополнительную нервозность провоцировали и множащиеся утечки из высоких кабинетов — от слухов о подготовке десантной операции в прибрежных районах Ирана до применения тактического ядерного оружия против одного из промышленных центров республики. А потому, когда Трамп объявил о «двухнедельной паузе для дипломатии», многие вздохнули с облегчением.
Купирование кризиса — во многом заслуга руководства Пакистана. Премьер-министр страны Шехбаз Шариф не только выступил посредником между Вашингтоном и Тегераном, но и убедил Белый дом кулуарно надавить на Израиль, чтобы тот поддержал предложенный режим прекращения огня. Не последнюю роль сыграли Китай и Россия, с первого дня поддерживавшие усилия региональных посредников по дипломатическим каналам.
Впрочем, нынешний этап соглашения (который стороны позиционируют как предварительный) пока предполагает заморозку боевых действий только на основном, иранском фронте. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху поспешил уведомить общественность, что перемирие не распространяется на Ливан, где израильская армия продолжит формирование «зоны безопасности» в приграничных районах. В ответ на это ливанская «Хезболла» также заявила о намерении продолжать бои, но с упором на отражение «внешней угрозы». Атаки иранских прокси-сил на объекты США и их союзников на Ближнем Востоке были оперативно свернуты.
Судьба нынешнего «мирного плана» должна окончательно решиться уже 10 апреля, когда в Пакистане пройдут переговоры между высокопоставленными представителями США и Ирана при активном посредничестве Исламабада. Информационная подготовка к решающей встрече уже начата. Каждая из сторон навязывает мнение, что добилась поставленных в рамках кампании целей. США убеждены, что смогли «силой урезонить» Иран и заставить его отказаться от экспансионистской политики на Ближнем Востоке. Израиль — что нанес серьезный ущерб иранскому военно-промышленному комплексу, в том числе подорвал ракетную промышленность Исламской Республики. И, следовательно, снял угрозу системных обстрелов своей территории.
Иран же упирает на то, что смог выстоять в затяжном и высокоинтенсивном конфликте, сохранив государственный строй и не уступив противнику ни на одном из направлений. А в некоторых случаях даже нарастил влияние — например, взяв под контроль Ормузский пролив и фактически навязав американцам свое видение переговорной канвы. Иными словами, каждый участник конфликта уже решил для себя, как обосновать «победу по очкам» и превратить статус-кво в триумф. А значит, есть все шансы, что нынешнее временное перемирие станет постоянным.
С другой стороны, время для оптимистичных суждений пока не наступило. В продвигаемом Тегераном «мирном плане», который Белый дом согласился рассмотреть в качестве основы для переговоров, слишком много пунктов, которые США захотят оспорить. Причем в довольно жестком формате. Ключевым камнем преткновения остается Ормузский пролив, через который до конфликта проходило до четверти нефтяного и более трети газового трафика. Иран сохраняет контроль над судоходством в этом районе и намерен взимать плату с проходящих судов, а средства направлять на послевоенное восстановление. Де-факто это дает Тегерану возможность напрямую влиять на судоходство в зоне Персидского залива, предоставляя преференции на проход наиболее лояльным партнерам и сдерживать экономический рост соседей.
Попытки США деблокировать пролив силой успехом не увенчались, «коалиция Ормуза» развалилась еще на этапе согласования мандата. А потому Белый дом вынужден был пойти на попятную и согласовать платный проход через пролив. В качестве промежуточного шага Иран уравновесили Оманом, который будет обеспечивать легитимность финансовых операций и создаст видимость вовлеченности аравийских монархий в контроль судоходства (что привело к незначительному снижению нефтяных котировок). Но этого явно недостаточно. Партнеры Вашингтона недовольны ситуацией и требуют от него обеспечить безопасность прохода пролива без уплат пошлин в иранскую казну.
Впрочем, даже если временно вынести «ормузскую тему» за скобки переговоров, почвы для сближения у Тегерана и Вашингтона по-прежнему немного. Так, например, сохраняются разногласия вокруг статуса иранской ядерной программы — часть американских элит (включая главу Пентагона Пита Хегсета) считает нанесенный ущерб недостаточным и предупреждает Трампа о рисках «перезагрузки» обогатительных мощностей республики, как уже было после июня 2025 года.
Кроме того, Штаты и Израиль так и не смогли получить точные данные о местонахождении запасов высокообогащенного урана (ВОУ; более 400 кг), ранее наработанного на иранских предприятиях. Неясность порождает домыслы о планах Тегерана использовать ВОУ для создания нескольких ядерных боезарядов, что не добавит прочности достигнутым договоренностям и, скорее всего, подстегнет других крупных игроков Ближнего Востока (в частности, Саудовскую Аравию) к схожим шагам.
Невыполнимым в контексте нынешней расстановки сил выглядит и требование Тегерана обеспечить вывод американских контингентов с Ближнего Востока — как одну из гарантий будущего ненападения. Оно ставит под угрозу долгосрочные интересы Вашингтона в регионе и подрывает его авторитет в глазах союзников. Даже если Штатам удастся сторговаться с иранцами и заменить полный вывод отзывом дополнительных сил, стянутых к границам республики за последние полгода, репутационные потери Вашингтон всё равно понесет.
Как бы то ни было, стороны пока намерены держаться за переговорную рамку. Правда, не столько из гуманистических соображений, сколько из желания получить кратковременную передышку и оценить свои силы и возможности. А заодно и запас прочности визави.
И от результатов этого «аудита» во многом будет зависеть, станет ли перемирие между Ираном и его оппонентами постоянным или же послужит прикрытием для новой перегруппировки сил.
Автор — востоковед, консультант программы «Перспективы и потенциал сотрудничества России с государствами Персидского залива в вопросах глобальной безопасности и высоких технологий» (ПИР-Центр)
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
