«Наш президент начнет войну с Ираном, потому что не способен договариваться. Он слаб и неэффективен», — провидчески предрек популярный шоумен Дональд Трамп в 2011 году. С тем чтобы спустя 15 лет самому же и исполнить свое пророчество. Уже в качестве президента США.
Можно сколько угодно рассуждать о всемогущем израильском лобби, всесильном американском глубинном государстве, а также всех прочих темных силах и серых кардиналах, которые затянули «президента-миротворца» на скользкую и опасную дорожку полномасштабной военной агрессии против Ирана. Но, право слово, не стоит умалять персонального вклада Дональда Трампа в этот милитаристский угар. Уж теперь-то его личные заслуги в разжигании кровавых конфликтов по всему миру должны быть признаны и оценены по достоинству.
«Я особо горжусь тем, что стал первым за десятилетия президентом, который не начал новой войны», — с гордостью констатировал 45-й президент США, покидая свой пост в 2021 году. Но это, как говорится, было давно и неправда. С 47-м американским президентом миру повезло гораздо меньше. Да и самим США, похоже, тоже. Едва ли с энтузиазмом голосовавшие за возвращение Дональда Трампа в Белый дом пацифистски настроенные наивные американские мальчики (и девочки) могли представить, что их кумир может переплюнуть по степени милитаристского безумия даже своих не очень-то миролюбивых предшественников.
За кого бы ни голосовали в США — президентом все равно становится условный Маккейн. Побеждают демократы или республиканцы – не важно. Партия мира в США неизменно проигрывает. 49% американцев выступают против агрессии США и Израиля в отношении Ирана, еще 30% не уверены в ее необходимости. Это абсолютное большинство. Но Трампу и его команде плевать на их мнение. Не говоря уже о международном праве и прочих «пережитках» биполярного мира.
«Моя собственная мораль. Мой собственный разум. Это единственное, что может меня остановить», — провозглашает свой личный категорический императив Трамп. Что ж, похоже, что у каждого американского президента должен быть свой Вьетнам. Военная катастрофа, которая на какое-то время сбивает спесь с самонадеянных обитателей Белого дома. Получится ли у Ирана? Никто сейчас точно не скажет. Но определенные основания на осторожный оптимизм, несмотря на мрачную картину происходящего, все-таки имеются.
Во-первых, несмотря на беспрецедентно подлый и циничный повторный обезглавливающий удар США и Израиля по иранскому руководству, исламская республика продолжает сопротивление. И отвечает на агрессию не ультрадипломатично, тщетно стараясь вернуть стороны конфликта на переговорный трек, а, что называется, бьет по противнику изо всех орудий. По всем ключевым военным объектам США и Израиля, до которых способна дотянуться. Более того, в отличие от 12-дневной войны 2025 года, время реакции на агрессию заметно сократилось. Стало быть, удар не стал для исламской республики полной неожиданностью, хотя и привел к чувствительнейшим и весьма прискорбным потерям среди руководства Ирана.
Во-вторых, на фоне американо-израильской агрессии на улицы иранских городов, несмотря на опасность, действительно вышли сотни тысяч человек. Как и призывали Дональд Трамп и Биньямин Нетаньяху. Вот только вместо мифических толп сторонников престарелого мажора Резы Пехлеви, бесцеремонно продвигаемого Вашингтоном и Тель-Авивом, на площадях исламской республики — целое море сторонников действующих властей. И не только в Иране. В Ираке, Ливане, Бахрейне, Пакистане — по всему Ближнему и Среднему Востоку проходят стихийные митинги против агрессии США и Израиля.
В-третьих, не только «мусульманская улица», вопреки, мягко говоря, невнятной позиции большинства арабских государств, но и великие державы — Россия и Китай — поддерживают Иран. И далеко не только на уровне дипломатической риторики. Сама способность исламской республики оказывать достойное сопротивление в неравной борьбе с превосходящим противником во многом обусловлена непрекращающейся помощью со стороны Москвы и Пекина, которая, разумеется, не гарантирует, но заметно увеличивает шансы Тегерана на успех.
В-четвертых, ни США, ни особенно Израиль не готовы вести полноформатную затяжную войну с таким сильным противником, как Иран. Что в июне 2025 года, что сейчас ставка делалась на сокрушающий обезглавливающий удар, делающий невозможным длительное сопротивление. Само собой, ситуация может резко поменяться, однако на сегодняшний день можно с определенной уверенностью утверждать: руководство Ирана успешно задействовало алгоритмы преемственности власти и в целом сохраняет контроль за ситуацией в стране. Равно как и боеспособность.
В-пятых, нападение на Иран поддерживает всего лишь 21% американцев. Это ничтожное меньшинство. Тогда как даже среди оппозиционно настроенных к «режиму аятолл» иранцев негодование относительно агрессии США и Израиля против их страны перевешивает любые текущие претензии к руководству исламской республики. Американцы не расценивают конфликт с Ираном как неизбежный, а значит, будут весьма негативно воспринимать любые связанные с ним издержки. В объяснения вечно путающегося в показаниях Трампа относительно реальных причин начала войны практически никто в США не верит. Поэтому любой серьезный прокол действующей американской администрации в конфликте, который совсем не обязательно было доводить до военного столкновения, может закончиться для нее политическим банкротством. В то время как иранцы, воспринимающие войну как вынужденную, оборонительную и справедливую, вполне способны выдержать бремя противостояния. Правда и моральная правота на их стороне.
Можно сколько угодно корить иранцев за некоторую беспечность и очевидные ошибки, совершенные на этой и предыдущих стадиях конфликта с США и Израилем. Слишком доверились тем, кто убаюкивал их переговорами и лживой готовностью к разрешению противоречий мирными средствами, тогда как лицемерием и двуличностью американских политиков, по идее, можно удивить разве что тех, кто только вчера появился на свет. Но никак не представителей многотысячелетней персидской цивилизации, которые должны были раскусить дешевые трюки этой кровожадной шпаны на раз-два.
Слишком полагались на собственные силы, тогда как Россия и Китай дозрели до понимания серьезности ситуации и готовности всемерно помогать Ирану отстаивать собственный суверенитет с некоторым опережением. Стоит ли напоминать, что соглашение с Москвой о всеобъемлющем стратегическом партнерстве Тегеран ратифицировал только в июне 2025 года — уже в разгар 12-дневной войны.
Все это сейчас не имеет принципиального значения. Задача России, Китая и других стран, готовых играть стабилизирующую роль на Ближнем и Среднем Востоке, всячески содействовать справедливой борьбе Ирана против агрессии США и Израиля. Сохранять в международных делах пусть и небольшое, но хоть какое-то пространство адекватности. Как минимум для более тесных и продуктивных контактов между странами глобального большинства. Поскольку именно разобщенность, слабая скоординированность действий суверенных государств, противостоящих безумию американского гегемонизма, позволяет Вашингтону и Тель-Авиву впихивать нам всем в глотки кровавый и лицемерный «мир, основанный на правилах».
Обожающий пестрые словосочетания Трамп назвал свою военную операцию против Ирана Epic Fury. Правда, едва ли учел риск того, что она превратится для него в epic fail. Станет его персональным Вьетнамом. Сложно сказать, сможет ли вашингтонское болото породить следом нечто еще более опасное и непредсказуемое для нас в случае, если поражение в Иране обернется бесславным окончанием политической карьеры президента-шоумена. Ясно одно: успех Трампа в схватке за Иран будет означать катастрофическое ослабление глобального большинства и его надежд на более справедливое мироустройство. Надеюсь, что мы это понимаем и именно исходя из осознания столь нерадужных перспектив выстраиваем свои планы на настоящее и будущее.
Автор — руководитель аналитического центра «СтратегПРО»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
