Одно неловкое движение — и вы отец, отметил в свое время сатирик Михаил Жванецкий. Со словами всё совершенно так же. Одно неловкое — и вы в центре ожесточенной дискуссии. Но речь сегодня пойдет именно об отцовстве и материнстве.
Большой резонанс вызвало заявление директора института социально-экономических исследований Финансового университета при Правительстве РФ Алексея Зубца, который считает, что нужно вернуть налог на бездетность, который существовал в СССР. По его мнению, женщины и мужчины от 40 лет должны ежемесячно платить в бюджет 30–40 тыс. рублей. Что, кстати, существенно больше, чем даже НДФЛ с зарплат, считающихся высокими. От средней по стране получки это и вовсе примерно половина. К слову, в советские времена налог на бездетность на демографию особо не влиял.
Тема возвращения налога на бездетность возникает периодически, но именно сейчас вызвала такую бурную реакцию. Это объяснимо. С учетом дефицита бюджета и введения со следующего года дифференцированной ставки НДФЛ люди более остро воспринимают инициативы, связанные с ужесточением фискальной политики. О том, что общество не готово к появлению нового налога, говорит и свежий опрос Superjob. Он показал, что подавляющее большинство (87%) россиян против этого.
Но вернемся к последним предложениям, которые, кстати, сильно отличаются от того, что было в СССР. Самое принципиальное различие — налогом в прошлом облагались не люди, которые не завели детей в свое время, а как раз самого активного для этого возраста — мужчины от 20 до 50 лет и женщины от 20 до 45 лет. То есть, по сути, это было своего рода наказанием для нежелающих обзавестись наследниками и мотивацией сделать это. Сейчас представитель Финуниверситета предлагает именно наказывать, поскольку мотивировать поздновато.
Когда у нас говорят о рождаемости, оперируют свежими данными. Например, в прошлом году активно обсуждался средний коэффициент рождаемости (характеризует ее средний уровень в конкретный календарный период на одну женщину), который почти повторил минимум (1,31) с 2006 года, составив 1,41. А в 2015-м он был значительно выше — 1,78. При этом в 1999-м — 1,16, а в 1995-м — 1,34. Как мы видим, этот показатель не является линейным — его динамика в прямом смысле слова напоминает волны. Есть даже такое понятие — демографические волны, колебания. И это не сиюминутное явление, оно заложено в прошлых веках под влиянием различных политических, экономических и социальных событий.
Например, высокий показатель 2015-го основан на том, что в детородном периоде находились женщины, появившиеся на свет в достаточно стабильные, по крайней мере в первой части, 1980-е. А сейчас их сменили выходцы из 1990-х, когда рождаемость находилась в так называемой демографической яме. Для того чтобы ситуация кардинально изменилась к следующей волне, у большинства девочек из конца 1990-х — начала нулевых должно быть более трех детей, и намного более.
Государство как раз активнее всего поддерживает многодетные семьи за счет многочисленных социальных выплат, что позволяет не терять привычного материального положения. Кстати, численность женщин с двумя и тремя малышами растет. Но, повторюсь, для выравнивания демографической циклической ямы необходимо, чтобы существенно росло количество действительно многодетных семей. Именно для кратного увеличения поддержки этого процесса и предложили ввести налог на бездетность.
Замечу, что люди, которые не имеют наследников, и без того уже своими налогами, из которых платятся пособия, способствуют повышению благосостояния семей с детьми. Но дело даже не в этом. Во-первых, как мне кажется, довольно несправедливо «наказывать» 40- и 50-летних, которые не смогли построить ячейку общества, обзавестись детьми. Не факт, что они этого не хотели, просто не сложилось, скажем. Всякое бывает в жизни. Случается даже, что есть спутник, оба здоровы, а зачать малыша не получается. И так несладко, так еще и налогом добить?
Во-вторых, есть и чисто экономический момент. Как правило, именно с 40 лет у людей начинают снижаться зарплаты, из которых еще и предлагается изымать по 30–40 тыс. рублей. В 50 лет вообще возникает риск не найти работу. Через 10 лет люди этой возрастной категории начнут выходить на пенсию. И она из-за солидарного принципа будет во многом зависеть от количества работников, которые родились в 1990-е и нулевые, когда, как мы помним, цикл находился на дне.
В СССР на одного пенсионера приходилось четыре работающих, сейчас этот показатель опустился до 1,7. Для более менее стабильного обеспечения пожилых граждан необходимо соотношение хотя бы 1:3. Поэтому попытка решить одну проблему приведет к возникновению другой. Когда властям придется изыскивать средства уже на социальное обеспечение пожилых.
Гораздо больше пользы государство получило, если бы эти 30–40 тыс. рублей мужчины и женщины после сорока откладывали на свою будущую пенсионную жизнь, через ту же программу долгосрочных сбережений, например. Это и длинные деньги для экономики, и дополнительный доход для пожилых людей.
И еще немного статистики. По данным последней переписи населения, доля домохозяйств, состоящих из одного человека, то есть, собственно, одиноких людей, составила почти 42%, что почти в два раза больше, чем 20 лет назад. Причем большинство (57,4%) — это отнюдь не пенсионеры, а трудоспособные граждане. Чаще они живут в больших городах и имеют неплохой доход.
Конечно, в реальности, полагаю, показатели несколько ниже. Общеизвестен эффект переписи — женатых мужчин существенно меньше, чем замужних женщин. Возможно, многие просто называют себя одинокими, а в реальности имеют гражданские семьи. Но всё же данные очень серьезные, заставляющие задуматься, почему люди в самом расцвете лет, зачастую осознанно, выбирают путь одиночества? Их бы мотивировать создавать семьи, рожать детей, но не кнутом, конечно, в виде нового налога, а пряником. Каким? Возможно, распространением налоговых вычетов на все семьи с детьми. Но это надо серьезно подумать, чтобы не допускать неловких слов, только движения.
Автор — обозреватель «Известий»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
