В современных условиях объединение стран БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, КНР, ЮАР) становится всё более мощным альянсом, представленным крупнейшими развивающимися государствами, уже обогнавшим по объему своего хозяйственного потенциала ключевые развитые экономики. В странах БРИКС, занимающих 30% территории мира, в 2022 году проживало более 40% его населения, на них приходилось 32% мирового ВВП (в 2001-м — лишь 8%), 18% глобальных прямых иностранных инвестиций и четверть международной торговли.
По прогнозам, к 2030 году, если говорить о нынешнем составе участников, на БРИКС в совокупности будет приходиться 50% мирового ВВП. Для того чтобы сформировать новый центр глобального экономического противодействия, в том числе за счет усиления направления «Юг — Юг», объединение бросает серьезный вызов сложившемуся лидерству стран Запада. Это особенно важно в условиях, когда эти государства столкнулись с необычными рисками нынешнего кризиса в виде стагфляции, инфляции и замедления темпов экономического роста.
Кроме того, в мире наметился отход от сложившейся в последние десятилетия парадигмы экономической глобализации, а мировая экономика всё больше дефрагментируется, и в этих реалиях как никогда важно формирование в мире новых центров силы, которые обеспечивали бы новый глобальный экономический порядок. И БРИКС в этом смысле — объединение, способное стать в ближайшее время самодостаточной силой, формирующей экономическую повестку в мире.
Вероятно, что в перспективе основной функцией БРИКС будет не столько развитие торгово-экономического сотрудничества, сколько его использование для изменения архитектуры глобального экономического регулирования. Это, в свою очередь, будет усиливать как вес данного объединения, так и взаимодействие стран по разным направлениям. Одним из таких направлений, в частности, может стать укрепление валютно-финансового сотрудничества, связанное с давлением на позиции американского доллара в международных расчетах и мировой валютной системе.
Импульс дедолларизации, заданный с начала СВО и с введением антироссийских экономических санкций, необходимо продолжать усиливать, в том числе за счет использования в расчетах между странами альтернативных доллару валют (так, доля российского экспорта, номинированного в долларах, уже сократилась в 2013–2022 годах с 80 до 50%), а также разработки и реализации проекта интегрированной платежной системы БРИКС.
Спорным, неоднозначным, но в то же время положительным аспектом остается возможное расширение БРИКС, нарратив которого стал продвигаться лишь в последний год, что, вероятно, связано с резким ростом взаимной торговли внутри БРИКС в результате антироссийских санкций, а также с усилением агрессивной риторики развитых стран по отношению к Китаю и России, которым необходимо в таких условиях расширять сферы своего экономического влияния.
В этом контексте принятие новых членов, которые считаются лидерами в своих регионах (например, Египет, Индонезия, Саудовская Аравия), способно существенно усилить глобальное влияние БРИКС. Поэтому вероятно, что географическое расширение объединения будет идти более быстро, чем это было характерно для других международных структур. По меньшей мере 17 стран уже анонсировали в 2023 году планируемое присоединение к БРИКС, что, безусловно, обеспечит необходимую синергию экономического сотрудничества и вес объединения, поскольку эти государства обладают обширным хозяйственным потенциалом и крупными запасами природных ресурсов.
Вместе с тем экономики и политические системы стран БРИКС пока остаются неоднородными (с безусловным доминированием Китая и зависимостью от него других игроков), чтобы пока можно было говорить о формировании между ними полноценного интеграционного объединения. Для этого нужна воля сильного игрока, максимально заинтересованного в усилении и сплочении государств объединения и способного возглавить и вести этот процесс.
Кроме того, экономики стран БРИКС развиваются несинхронизированно, есть и некоторые специфические проблемы (как, например, нерешенные территориальные споры между Китаем и Индией). Более того, БРИКС пока еще представляет некоторую абстрактную группу стран, и непонятно, что в перспективе окажется прочным фундаментом экономического взаимодействия. В условиях возможного расширения объединения понимание этой основы еще больше размывается. Кроме того, важно оценивать, насколько прочен данный союз и насколько существует в долгосрочной перспективе риск отдаления государств-членов друг от друга.
Таким образом, странам БРИКС (особенно с учетом предстоящего расширения) необходимо искать пути усиления своей взаимодополняемости в экономической и технологической сферах. Предстоящий саммит БРИКС в ЮАР будет, несомненно, нацелен на нейтрализацию этих рисков, равно как и на дальнейшее содействие развитию торговли и инвестиций путем разработки преференциальных торговых и инвестиционных режимов, стимулирования развития новых глобальных сетей цепочек поставок.
Кроме этого, взаимодействие в рамках БРИКС будет нацелено на разработку механизмов преодоления макроэкономических потрясений и новых глобальных кризисов, проблем в валютно-финансовой сфере, а также на выбор направлений технологического развития. В условиях возможного противодействия в будущем новым санкциям со стороны Запада странам БРИКС необходима разработка альтернативных механизмов взаимодействия, например единой платежной системы и системы трансграничной передачи межбанковских платежей. Наконец, БРИКС может стать платформой для внедрения в беднейших странах более справедливой и эффективной, чем ранее, модели социально-экономического развития.
Автор — ректор Государственного университета управления
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
