Владимир Путин 4 июля примет участие в саммите ШОС, который пройдет в режиме видеоконференции. Несмотря на то что лидеры не встретятся очно, переговоры вызывают большой интерес всего международного сообщества. И это связано не только с тем, что организация объединяет сразу четыре ядерные державы (то есть половину ядерного клуба), или с тем, что она весьма успешно действует в области борьбы с экстремизмом и терроризмом.
Шанхайская организация сотрудничества, созданная еще в 2001 году Казахстаном, Киргизией, Китаем, Россией, Таджикистаном и Узбекистаном (позднее к ней примкнули Индия и Пакистан), в современных сложных условиях может стать новым центром многостороннего экономического сотрудничества. При этом позиции ШОС будут постепенно усиливаться.
Наряду с Евразийским экономическим союзом, а также с объединением БРИКС, роль которого в мировой экономике в последние годы существенно возросла, развитие ШОС станет безусловным ответом на вызовы о необходимости формирования многополярного мира. Более того, сотрудничество между ШОС, БРИКС и ЕАЭС позволит странам совместно решать важные насущные проблемы социально-экономического развития и стимулирования устойчивой международной торговли.
После начала специальной военной операции для России, столкнувшейся с масштабными экономическими санкциями (включающими, например, блокирование расчетов в торговле), актуализировался запрос на так называемый разворот на Восток. Он предполагает, в частности, переход в торговле со странами Азии и постсоветского пространства на расчеты в национальных валютах, формирование новых транспортно-логистических маршрутов. Таким образом, ШОС как площадка многостороннего сотрудничества позволит решать указанные задачи, равно как и стимулировать поддержание открытости национальных экономик, противодействовать складывающимся трендам деглобализации и способствовать развитию взаимной торговли и инвестиций на региональном уровне.
Еще одна фундаментальная причина, по которой позиции ШОС в мировом хозяйстве будут в перспективе усиливаться, — надлом, происходящий в последнее время в архитектуре глобального экономического регулирования. Сложившиеся структуры типа бреттон-вудских институтов (группа Всемирного банка, Международный валютный фонд) или Всемирной торговой организации всё чаще испытывают кризис управления и оказываются неспособными решать актуальные задачи устойчивого экономического развития мирового сообщества. Именно поэтому, например, в последние годы появляются новые преференциальные торговые соглашения на региональном уровне, охватывающие всё больше аспектов экономического сотрудничества между странами. Поэтому ШОС в долгосрочной перспективе может стать альтернативным механизмом многосторонней экономической кооперации.
При этом конкретных вопросов, которые предстоит решать ШОС, может быть много. Среди них — энергетическое сотрудничество и безопасное энергоснабжение стран, формирование региональной финансовой архитектуры и взаимодействия в сфере финансовой безопасности, транспортно-логистическое обеспечение торговли между государствами, совместное решение проблем международной продовольственной безопасности.
Таким образом, потенциал сотрудничества весьма высок, и он продолжает возрастать. Но главное — это увеличивающийся объем торговли и инвестиционного взаимодействия между странами — членами ШОС, который стал расти быстрыми темпами в 2000-е годы по мере повышения экономической открытости Китая. В очередной раз этот рост усилился по мере выхода государства из пандемии и, наконец, в прошлом году, с началом СВО.
Если в 2000 году взаимная торговля стран ШОС составляла лишь $30 млрд, то уже в 2011-м — $286 млрд, в 2019-м — $603 млрд. А в 2022-м товарооборот лишь одной России со странами ШОС достиг $262 млрд. Рост взаимной торговли стран — членов ШОС, безусловно, лишь способствует расширению диапазона их сотрудничества, которое охватывает всё новые области, включая отрасли инфраструктуры, разработку новых технологий, производственную кооперацию в промышленности, межбанковскую и валютную сферу. Кроме того, развитие торгово-экономического сотрудничества по линии ШОС, безусловно, делает его популярным и «притягивает» другие страны к усилению взаимодействия с этой организацией.
Лидирующие (с точки зрения экономического потенциала) позиции в ШОС принадлежат Китаю, Индии и России, которые замыкают на себе все ключевые торговые потоки и глобальные цепочки создания стоимости в объединении. Китай в рамках ШОС также заинтересован в развитии масштабного проекта «Один пояс — один путь». Кроме того, он выступает за расширение роли китайского юаня как перспективной валюты в международных расчетах.
В целом каждая из стран преследует свои интересы, и у кого-то их, безусловно, больше, поэтому в данном контексте ШОС остается неравнозначным по составу участников объединением. Однако сама организация пока не претендует (и, вероятно, не будет в будущем претендовать) на роль полноценного интеграционного объединения — ШОС лишь администрирует многие вопросы международного сотрудничества.
ШОС, несомненно, можно отнести к международной организации нового типа, которая в будущем способна эволюционировать даже до зоны свободной торговли между ее участниками. Но главное заключается в том, что на уровне ШОС стало возможным эффективно решать ряд глобальных проблем устойчивого развития.
Автор — ректор Государственного университета управления
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
