На совещании с постоянными членами Совета Безопасности, которое состоялось 2 ноября, Владимир Путин сообщил, что Россия возвращается к полноценному участию в так называемой зерновой сделке. Напомню, что это соглашение было подписано в Стамбуле 22 июля 2022 года. Договоренности об экспорте зерна РФ и Украина заключили отдельно: каждая из стран подписала документ с Турцией и ООН. По условиям сделки, стороны создавали безопасные морские коридоры для вывоза зерна из трех украинских портов — Одессы, Черноморска и Южного. Суда выходили из Черного моря по согласованному коридору, безопасность которого обеспечивал Киев. Сопровождение их военными кораблями не допускалось. Наблюдать за погрузкой зерна должны были представители Украины, Турции и ООН. Срок действия сделки составлял 120 дней и заканчивался в ноябре 2022-го.
Особо важно отметить, что, помимо этого, РФ и ООН заключили меморандум о содействии продвижению российской сельскохозяйственной продукции и удобрений на мировые рынки. Согласно этому документу, ООН должна была подключиться к работе по снятию ограничений, которые препятствуют экспорту нашей продукции и удобрений. Срок действия этих договоренностей составлял три года.
После того, как 29 октября украинские беспилотные аппараты с транспорта, перевозившего зерно, атаковали корабли Черноморского флота, Москва приостановила свое участие в зерновой сделке.
Надо сказать, что реализация соглашения с первых дней подвергалась обоснованной критике со стороны России. Несмотря на то, что изначально планировалось большую часть грузов направлять беднейшим странам мира, на деле суда добирались в далеко не самые нуждающиеся государства. При этом стоит отметить, что украинская сельскохозяйственная продукция на самом деле не совсем украинская, а даже совсем не украинская. Такие крупнейшие транснациональные компании как «Каргилл» (Cargill), «Дюпон» (DuPont) или «Монсанто» (Monsanto) уже давно занимают доминирующие позиции на сельскохозяйственном рынке Украины и традиционно обеспечивают большую часть экспорта этой продукции из восточноевропейской страны.
Вторая проблема связана с реализацией меморандума, касающегося России и ее возможностей экспортировать зерно и химические удобрения в другие государства мира. В этом аспекте прогресс не виден, хотя чиновники ООН сообщают, что переговоры относительно страхования судов с российскими грузами находятся на финальной стадии урегулирования. Также не решены проблемы с оплатой поставок грузов и обслуживанием судов.
По сути, на урегулирование этих аспектов остается две недели, так как 18 ноября истекает срок реализации зерновой сделки, и Россия в случае сохранения статус-кво будет иметь все основания прекратить свое участие в ней. Надо отдать должное турецкой стороне и ООН, выступающим посредниками в этом непростом вопросе. Но не следует забывать, что у Анкары свои геополитические интересы и целеполагание. В то же время Владимир Путин 2 ноября подтвердил, что именно Турция сыграла ключевую роль в процессе реанимации зерновой сделки.
«Посредниками в прояснении этой ситуации выступили наши турецкие партнеры, и по линии Министерства обороны получена информация от турецкой стороны о том, что такие заверения Украиной даны, — о неиспользовании этих гуманитарных коридоров для военных целей», — заявил российский лидер.
И теперь интересно посмотреть, насколько хватит Киева придерживаться своего слова, которое он дал Турции. Думаю, не на много...
Тем не менее во всей этой истории важен и несколько иной контекст. Несмотря на то, что руководство Украины в своих публичных выступлениях постоянно заявляет о невозможности переговоров с РФ, на практике всё выглядит несколько иначе. Так, российское Министерство обороны было проинформировано турецкой стороной, что Киев дал официальные заверения о неиспользовании этих коридоров для военных целей. То есть формально переговоров между Россией и Украиной нет, а в реальности они, конечно, есть и не исчерпываются только зерновой сделкой. Те же регулярные обмены удерживаемыми лицами происходят по результатам переговоров, а не на ровном месте.
Автор — директор Института миротворческих инициатив и конфликтологии, доцент Финансового университета при правительстве РФ
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
